Неточные совпадения
Окна кухни выходили на улицу. Заслушавшиеся россказней Степановны не заметили, что кто-то,
подойдя к окну, долго рассматривал каждого из сидевших и, кажется, считал их. Потом,
подойдя к воротам, перелез через забор и отпер калитку. Собаки залаяли было на него, но он поманил их к себе, приласкал, и
псы, узнав своего человека, разбежались по конурам.
В этот момент из толпы выделился Родион Антоныч,
подошел к лежавшей собаке и прыснул на нее набранной в рот водой. Захваленный
пес вскочил, поджал хвост и скрылся.
— Вот дураки-то!.. Дарь, мотри, вон какой крендель выкидывает Затыкин; я его знаю, у него в Щепном рынке лавка. Х-ха, конечно, балчуговского золота захотелось отведать… Мотри, Мыльников к нему
подходит! Ах,
пес, ах, антихрист!.. Охо-хо-хо! То-то дураки эти самые городские… Мыльников-то, Мыльников по первому слову четвертной билет заломил, по роже вижу. Всякую совесть потерял человек…
— Ох, не тем я провинился, сударыня, а гордостью. Гордость погубила меня, не хуже царя Навуходоносора. Думал я: не обидел меня господь бог умом-разумом; коли я что решил — стало, так и следует… А тут страх смерти
подошел… Вовсе я сбился! Покажу, мол, я напоследках силу да власть свою! Награжу — а они должны по гроб чувствовать… (Харлов вдруг весь всколыхался…) Как
пса паршивого выгнали из дому вон! Вот их какова благодарность!
Никто, сеньор. Мы
подошли к дворцу,
Когда уж все стемнело. Эти
псыПодозревать не могут ничего.
Им виден с моря блеск дворцовых окон
И музыка веселая слышна;
А убежать готовится не так,
Чья голова обречена на плаху!
Кругом не было видно ни души. Дурак Азорка, черный дворовый
пес, желая, вероятно, извиниться перед нами за свой напрасный лай, несмело
подошел к нам и завилял хвостом. Инженер нагнулся и потрогал его между ушей.
Акулина (
подходит к двери). Знаю, чего ругаешь. Сама дура,
пес ты. Не боюсь я тебя.
Старик сел на ступени своего покосившегося крылечка, и тотчас же произошло то, что происходит аккуратно каждое утро: к нему
подошла его собака Лыска, большой дворовый
пес, белый с черными пятнами, облезлый, полудохлый, с закрытым правым глазом.
— Куси, куси, Кинжалка, куси, — говорил,
подходя с улыбкой, Пизонский, ожидая потехи, как
пес уколет свою преданную морду о ежовые иглы.
Я оглянулся.
Пес стоял в десяти шагах и не отрывал глаз от меня. Минуту мы, молча, рассматривали друг друга, затем
пес, вероятно польщенный моим вниманием, медленно
подошел ко мне и замахал хвостом…